Автопробег Питер-Байкал-Питер

Июль 2004

Отчет-обзор

(составил Александр Глазунов)

Время:

02.07.2004 – 16.07.2004 (14 дней)

Краткая характеристика похода:

Автомобильный, включающий многодневные перегоны по трассе и движение по грунтовым лесным и степным дорогам без значительных препятствий. С элементами пешего туризма.

Нитка маршрута:

Санкт‑Петербург – Иркутск – о. Ольхон – п-ов Святой Нос – Слюдянка – Иркутск – Санкт‑Петербург

Техника:

Шевроле-Нива

Экипаж:

Александр Глазунов, Андрей Глазунов

Вступление

Однажды, много лет назад, на уроке английского языка, проводившемся в нашей фирме для тех, кому по роду деятельности приходится много общаться с иностранными клиентами, мы в очередной раз отрабатывали всевозможные глагольные конструкции. В тот день в меню было будущее время перфектных и прогрессивных форм. По кругу, каждый из нас выдавал какую-нибудь англоязычную сентенцию, и затем все дружно анализировали услышанное синтаксическое извращение. Когда очередь дошла до меня, я сказал нечто, что по-русски должно было значить: «Через несколько лет я куплю Шевроле-Блейзер и буду путешествовать по Сибири». Это был как раз тот день, когда я продал свою первую машину и снова стал пешеходом, так что, можно сказать, первый  шаг к осуществлению мечты был сделан. Правда, не совсем в ту сторону. Но, как бы то ни было, история эта началась именно так.

А затем потянулись годы обломов. Естественно, о Шевроле-Блейзере я особо даже и не мечтал. Но в течение долгого времени мне не светили даже Жигули. Точнее, как – долгого, – пару лет, наверное. Но кроме финансовых препятствий, был еще и человеческий фактор. Не так просто найти команду идиотов, которые согласятся сесть в свои кровно заработанные автомобили и ломануться через всю страну – в Сибирь. Точнее – на Байкал.

Да, совершенно верно, я хотел именно на Байкал, и именно на своей машине, чтобы именно своими руками и колесами прорулить через две трети страны.

Кому-то это может показаться безумием. Но я вас уверяю – есть достаточно людей, которым и ночевка в палатке кажется безумием. С другой стороны, кто-то может решить, наоборот, что это «не спортивно» – дескать, вот если прилететь туда с рюкзаком, швырнуть его за плечи и на неделю в лес – вот это «спортивно», а на машине – «не спортивно», на машине – «матрасно».

Тут каждый, конечно, решает сам. Кому Формула-1, а кому спортивная ходьба. Но пока не попробуешь, истину не постигнешь. Мне достаточно довелось «спортивно» поплавать на байдарке. Четвертая категория порогов – это, согласитесь, специалисты, – предел для любительского уровня – дальше надо специально и усиленно тренироваться. Так вот, езда на машине по русским дорогам – это тоже еще какая категория. Тем более это не скучное занятие, если вы ограничены по времени, и вам, к примеру, надо проехать 6000 километров за 3 дня.

Это было к слову о человеческом факторе.

Ну, в общем, прошло несколько лет, и у меня, наконец, появился Шевроле. Правда, не Блейзер, а Нива. Но тоже ничего. Купил я ее зимой и тут же начал собирать команду, чтобы летом двинуться в путь. Не то чтобы все шло гладко. Чем ближе к лету приближалось дело, тем меньше оставалось желающих, которые, вроде как, поначалу были. Плюс к этому, произошла еще одна маленькая неприятность: мою Ниву угнали. Но страховка – это круто. За две недели до отпуска я купил себе новую машину и был готов отправляться в путь. К этому моменту из желающих не осталось никого, кроме моего брата, у которого на все про все было две недели.

Таким образом, 2 июля 2004 года в 9 часов вечера два чудака – Саша и Андрей – на одной машине марки Шевроле-Нива выехали из Санкт-Петербурга, чтобы за 2 недели добраться до Байкала, познакомиться с этим чудесным озером во всех его проявлениях, и вернуться назад.

В добрый путь.


Привстанем на дорожку

Будет ли дневник похода

Дневника не будет. Я, на самом деле, сильно сомневаюсь, что кому-то интересно читать про то, где и во сколько какую деревню мы проехали, что было на обед, был ли вообще обед, и т.п. Я построю свой рассказ в виде отдельных очерков на разные темы, которые мне кажутся важными и интересными. Я, все равно, не смогу передать все переживания и впечатления от этого похода. Единственный способ – испытать все самим. Но я поделюсь с вами своими наблюдениями и мыслями, что даст вам возможность понять, надо ли вам это, и, если надо, то как все это осуществить. Я постараюсь быть настолько объективным, насколько это в моих силах, и дам вам возможность делать выводы самостоятельно.

Байкал – далекое неизведанное чудо

Человека с первобытных времен тянуло к воде. Вода – это жизнь. Жизнь без романтики – не жизнь. Значит, вода – это романтика. Сократ отдыхает.

Надо понимать, что если что-то от чего-то далеко, то оно обязательно близко к чему-нибудь другому. Рядом с Питером есть такие водоемы, как Вуокса, Ладожское и Онежское озера, плюс прочие карельские водные угодья. В предперестроечные годы люди реже, чем сейчас, забирались дальше садовых участков, и, отъехав от города на пару сотен километров, вы оказывались наедине с природой: еще не опасной, в силу достающих ее щупалец урбанизации, но уже достаточно дикой и безлюдной. В общем, сходить в поход было проще.

Потом люди стали распространяться, и теперь в окрестностях Питера глухих мест уже не найти. Вуокса, Ладога и Онега стали местами массовых паломничеств, и туристу-экстремалу приходится уезжать все дальше и дальше. И вот, в какой-то момент, когда Карелия уже обойдена вплоть до Полярного круга, и даже Кольский кажется местом воскресного отдыха, понимаешь, что надо ехать куда-то совсем далеко. И вот тут-то и надо помнить: то, что далеко для вас, совершенно не обязательно далеко для тех, кто там живет.

Рядом с Байкалом есть как минимум два очень крупных города: Иркутск и Улан-Удэ. Кроме того, какие-нибудь там Новосибирск и Красноярск находятся от Байкала на расстоянии какой-нибудь там тысячи-другой километров. А отношение к расстояниям у тамошних жителей совершенно иное. Как следствие, все доступное автомобилисту побережье Байкала есть зона массовых пикников. Та же Ладога, никакой разницы.

Кстати, прибавьте еще законных пользователей территории – местных жителей, бурятов. Представьте себе, они там тоже живут, занимаются гостиничным и экскурсионным бизнесом, и все такое.

Это были плохие новости.

Теперь новости хорошие.

Территория, покрытая людьми лучше, чем территория, покрытая заводами и комбинатами. В настоящее время в Байкал льется гораздо меньше всякой дряни, чем это было пару десятков лет тому назад. Практически вся прибрежная зона принадлежит тому или иному заповеднику, за которыми действительно следят. Одним из источников средств для ухода за природой является въездной сбор со всех гостей Байкальской земли. Заплатив пару долларов, вы не обеднеете, но, возможно, эти деньги хотя бы частично пойдут на то, чтобы Байкал остался жемчужиной (пусть и не дикой, как прежде, а заключенной в кое-какую оправу).

Забавно, но, несмотря на обилие людей, вы всегда сможете найти уголок на берегу, где вас не будет видно, и где вы никого не будете видеть. Но если вы хотите настоящего уединения, то уходите прочь от берега в горы.

Либо отправляйтесь на север.

Да, кстати, все, что я говорил выше, касается именно южной половины Байкала, то есть: Ольхон, Святой Нос и все, что южнее. Севернее – особых дорог нет. Соответственно, и особых людей нет. Точнее, наоборот, люди там только особые. Но это не вариант для автомобилиста, если только вы не путешествуете на БТР.

Как бы то ни было, несмотря на обилие людей и дорог, Байкал стоит того, чтобы там побывать. Природа этого сибирского края невероятно красива и заметно отличается от природы других мест. Там все свое, все особенное. И все разное – поэтому, постарайтесь охватить своим маршрутом как можно больше. Вы увидите покрытые красным мхом скалы и знойно-зеленые волны степей, тонущие в тумане лиственницы и неожиданно-родные сосновые боры, высокие кедры в обнимку с березами на песчаных пляжах и колтуны кедрового стланика на склонах гор с проплешинами нетающего снега под ярко-синим небом. Вы увидите кристально-прозрачную воду Байкала, а потом найдете горный ручей, который окажется еще прозрачнее, и вы будете смотреть на дальние горы, еще более высокие, чем те, на которые вам удалось взобраться, где снег уже лежит сплошными шапками, где лес густ, а тени от облаков невероятно контрастные.

Но вы никогда не увидите все это сразу и в одном месте. Поэтому, не сидите, путешествуйте!

            
Такой разный Байкал

Байкал по трем точкам

Когда кто-то говорит, что был на Байкале, он зачастую имеет в виду, что был в каком-то конкретном месте. Причем чаще всего это место – остров Ольхон (ну, либо, вообще, речь идет не о Байкале, а о соседствующей территории). Но тогда лучше так и говорить: «я был на Ольхоне». А если хотите заработать право сказать, что вы были на Байкале, побывайте в нескольких местах.

Не буду перечислять все, и не буду уходить в детали. Назову лишь основные средоточия достопримечательностей. Выражаясь совсем банально, их три: западный берег, южный берег и восточный берег.

Трудно спорить с тем, что самая популярная достопримечательность Байкала – это остров Ольхон. На него можно попасть по дороге от Иркутска и далее через паромную переправу с западного берега. Когда мы там были, паром был бесплатный, но местные жители – вне очереди.

Ольхон условно состоит их двух зон: степной (запад и север) и лесной (юг). Въезжая на остров вы попадаете в Тажеранскую степь. Здесь много заводей и маленьких озер, где купаться теплее, чем в самом Байкале. Степь постепенно поднимается, и чем дальше вы едете на восток (точнее, северо-восток), тем дальше внизу оказывается берег. При этом у вас по левую руку практически все время степь, а по правую – лес. Добравшись до оконечности острова, вы оказываетесь на краю обрыва высотой, боюсь даже предположить, какой. Если скажу, что лететь там до воды метров сто, то, наверное, ошибусь не больше, чем в два раза.


Тажеранская степь

На острове расположено около десятка различных достойных внимания мест, хорошо описанных в литературе и интернете. Нам потребовалось два дня, чтобы объездить практически их все. Ночевали там же, на острове, в том месте, где лес подходит к северному берегу. Там есть достаточное число мест для стоянки, хотя и людей полно.

Кстати, где-то на середине пути в северо-восточную часть острова у дороги стоит плакат, гласящий, что дальнейший проезд разрешен только по пропускам. Мы решили, что квитанция об оплате въезда в заповедную территорию вполне сойдет за пропуск и спокойно проехали. Похоже, ловить нас там было все равно некому – только туристы и местные жители, возящие туристов на своих уазиках-буханках.

Что особенно запомнилось на Ольхоне? Пожалуй, три вещи. Это живописная, несмотря на скупость деталей, степь; это живущие в степи суслики, которые кишели там кишмя; и это причудливые скалы под красно-оранжевым мхом-лишайником.


Ольхонский суслик

А еще запомнилась погода. Западная часть Ольхона представляет собой природную аномалию. Говорят, там в году 333 сухих дня. Здесь расположены такие достопримечательности, как теплое и якобы целебное озеро Шара-Нур, скала Шаманка (ставшая поистине символом острова и утратившая в силу этого всю свою экзотичность), а также много просто красивых мест.


Современный идол близ озера Шара-Нур


Падь Тышкинэ


Обратно в степь


Скала Шаманка


Красный мох близ Шаманки

В отношении здешней погоды особенно невероятно то, что стоит проехать километров десять на северо-восток, и вы попадаете в совершенную противоположность: остров попросту тонет в облаках. Вы едете (или идете) сквозь них, вы видите, как они проплывают слева, справа, снизу. Порой, глядя с обрыва вниз, вы не видите ничего кроме серовато-белой дымки, а потом вдруг облако уходит, и вы понимаете, что фокусировали свой взгляд совсем не там, и что вода где-то гораздо дальше. Но стоит вам проехать десять километров обратно, и вы снова чувствуете жаркий подсушенный воздух и видите солнце. Понятно, что в природе должен быть баланс, и что если где-то светит солнце, то где-то обязательно идет дождь. Но чтобы одно от другого большую часть года было на расстоянии всего нескольких минут езды... В общем, посетите Ольхон. Я согласен, это самое интересное место.


Флора у пропасти


По пояс в той самой пропасти


Хобой проступает сквозь туман


Древняя стена у Хобоя

Помимо Ольхона, на западном берегу есть много живописных мест, многие из которых доступны только по воде, либо пешком. Нам там побывать не удалось, но ведь необъятное объять невозможно.

Проведя на Ольхоне два дня (и две ночи), мы двинулись на противоположный берег Байкала – на полуостров Святой Нос. За день туда от Ольхона не доехать. Можно только за сутки. Основная причина – паромы. Сев на первый ольхонский, вы должны затем объехать по южному полукругу практически пол-Байкала. При этом, уже на восточном берегу вам предстоят еще два парома: через Селенгу и через Баргузин. Нужно гнать очень конкретно, чтобы везде успеть, но, при этом, какой смысл приезжать на место глухой ночью и искать впотьмах, где бы встать.

Возможно, можно было бы ехать, как раз наоборот, в ночь. Но ночью лучше спать.

Таким образом, нам пришлось заночевать на восточном берегу Байкала, где дорога идет практически вдоль самой воды. Там есть участок длиной в несколько десятков километров, где есть место для бесконечного количества палаток, и где, в основном, тусуются рыбаки. Хотя, у меня есть подозрение, что там же ночуют туристы из Иркутска, едущие на Святой Нос.

Кстати, у нас хотя и была с собой палатка, мы ей ни разу не воспользовались – спали в машине.

Ну так вот, на следующее утро (это было раннее утро), мы перепаромились через Баргузин и через несколько минут уже отсчитывали свои кровные на въезде в заповедную зону Святого Носа.

Полуостров состоит из двух частей, но покрывает три зоны интересов. Во-первых, это болотисто-пляжная перемычка, соединяющая основную часть полуострова с сушей. По южной части перемычки идет грунтовая дорога. Берег там песчаный – натуральный пляж. Стоянки оборудованы, все приспособлено для воскресного отдыха. Основная растительность – сосны, кедры и березы. Уберите кедры, и получится что-то очень похожее на песчаные пляжи Онежского озера.

На север уходят болота, среди которых затерялось озеро Арангатуй. Дальше – снова Байкал.


Желтые маки Святого Носа


Кедровые шишки


Раннее утро на Святом Носу

Берег на основной части острова – обрывисто-болотистый, камышовый. Единственный смысл пребывания тут – рыбалка. Говорят, лучшая рыбалка на Байкале. Дорога, к сожалению, ведет не очень далеко, и в дикую часть острова на машине не пробраться.

Если вы не рыбак, то основная часть Святого Носа, все же, может показаться вам интересной, потому что тут есть еще горы. Максимальная высота от уровня Байкала – 1350 метров. На один из пиков ведет некоторое подобие тропы, но дальше середины ни один простой отдыхающий не заберется. Подъем непростой, и требует сильных ног, рук, а также крепкой обуви. Однако, это тема для отдельного рассказа.

На Святом Носу мы также провели два дня. Один день просто бездельничали, и другой провели в горах.

В отличие от Ольхона, где крупных зверей, по-видимому, нет, на Святой Нос забредают медведи. Один из них посещал наш лагерь на протяжении двух ночей – видимо, рылся в помойке. На утро мы обнаруживали его отнюдь не маленькие следы.

О том, насколько опасно соседство с медведями, судить не берусь. Однако смею думать, что сами они к вам не полезут. Если только сейчас не зима, и они не слишком голодные. И в лесу на них напороться тоже не так уж просто, если вы не супер-охотник, без шума и запаха рассекающий заросли. Они вас засекут и слиняют. В том числе медведица с медвежатами.


Медвежьи следы возле нашего лагеря на Святом Носу

Ну что ж, про две байкальские точки я вам рассказал. И обещал третью. Говоря о южном береге, я, все-таки, имею в виду южную часть Байкала (независимо от берега). Местным центром вселенной здесь является поселок Слюдянка. Совершенно обыкновенный населенный пункт технологического происхождения, но от него начинаются два очень интересных типа маршрутов. Сразу оговорюсь – мы ни один из них пройти не успели и проехали Слюдянку практически без остановки. Поэтому, и распинаться особо не буду. Итак, во-первых, от Слюдянки в направлении Ангары по берегу Байкала идет очень живописный остаток Кругобайкальской Железной Дороги (КБЖД), известный своими красивыми видами, сочетающими природные и антропогенные шедевры. Длина КБЖД – около ста километров, так что, вам нужно иметь хотя бы пару дней, чтобы немного погулять тут пешком.

Во-вторых, на юг от Байкала лежит хребет Хамар-Дабан, по предгорьям которого проложены живописные туристические тропы, ведущие, опять же, из Слюдянки. Если когда-нибудь еще приеду в эти края – обязательно пройдусь по ним.


Слюдянка

В общем, как видите, мы узнали Байкал только по двум точкам из трех перечисленных, но даже это доказало нам его многообразие и многоликость. И ничего удивительного: периметр Байкала – это несколько тысяч километров. Так что, добраться до Байкала – это ерунда, а вот познать его...

Как ни старайтесь, вам не хватит одного раза. А побывав на Байкале однажды, вам обязательно захочется вернуться.

Почему люди едут на машине?

Начну издалека. Существуют разные виды походов. Водные, пешие, велосипедные – эти сразу приходят на ум всем. Их техника отработана и понятна, в туристических клубах на них выдают маршрутные книжки, им дают категории в соответствии с вполне определенным перечнем критериев, их признают спортивными все туристы, даже если кто-то из них – водник, а кто-то – велосипедист.

Но вот, кстати, обратим внимание на критерии. Если мне не изменяет память, категория байдарочного похода оценивается по трем факторам: продолжительность, длина дистанции, категорийность водных препятствий. Давайте, выкинем последний критерий, то есть будем плыть по гладкой воде, а в качестве транспортного средства выберем ­исключительно старую и ветхую байдарку, которую придется чинить на каждой стоянке. Затем, выберем дистанцию, скажем, километров пятьсот, ну и продолжительность зададим, скажем, два месяца. Может быть, в турклубе вам и смогут придумать способ посчитать категорию похода, но многие «нормальные» туристы-спортсмены вас, попросту, не поймут.

В этом вся суть: люди тяготеют к привычному балансу привычных вещей. Например, такое препятствие, как обилие комаров, не сделает ваш поход более значимым в глазах других людей.

Но допустим, что вам, все-таки, удалось сходить в очень необычный по своей формуле байдарочный поход, который, тем не менее, был признан всеми вашими знакомыми «спортивным» и «достойным». Теперь попробуем двинуться дальше. Вспомним о том, какие еще бывают способы путешествовать. Вот, к примеру, автостоп. Насколько это «спортивно» проехать «на халяву» несколько тысяч километров из пункта А в пункт Б за заданное время? Это ведь тоже очень непросто. Или, вот, еще интересный пример: помните жюль-верновские «Восемьдесят дней вокруг света»? Спортивно? Спортивно!

Так что же отличает спортивный туризм от неспортивного? Я бы сформулировал это так: наличие риска и техники управления этим риском, необходимость умственных и физических усилий и техники оптимизации этих усилий, наличие географической цели и маршрута ее достижения, и, при этом, все вышеперечисленное должно быть для вас новым, незнакомым и интересным. Вот тогда это спортивно.

Так что, с формальной точки зрения, автомобильный туризм может быть исключительно спортивным. А изначальный вопрос сводится к тому, почему же люди вообще занимаются спортивным туризмом.

Вот здесь я возьму, и нагло закрою эту тему. Просто, не готов я сейчас рассуждать о том, почему человек ищет перемен и трудностей на свою голову. В рамках данного повествования это, говоря по-английски, out of scope (простите, не знаю подходящего русского фразеологизма).


Прочь из питерской суеты


Пенза уже за спиной


Башкирский рассвет

Об опасностях дороги

Люди часто рассуждают о том, насколько опасно путешествовать (да и вообще, ездить) на машине. Один мой друг, узнав о моей идее поехать на Байкал своим ходом, воскликнул:

–   Что!? На Байкал на машине!? Саша, за Уралом Советской Власти не существует! Как только ты переедешь Урал, у тебя машину отберут, а тебя убьют!

В чем-то он был, безусловно, прав. Чужеземец – это всегда дичь. Живя в своем городе, ходя ночью по улицам и оставаясь живым при условии соблюдения минимальных правил безопасности, вы можете оказаться во власти одной из двух иллюзий. Первая – ваш город немногим отличается от любого другого российского города, и если вы везде будете себя вести примерно одинаковым образом, то вы везде будете примерно в одинаковой безопасности. Вторая – ваш город, наверное, исключительно спокойное место, раз с вами до сих пор ничего не случилось, потому что столько всего происходит в других городах, которые, видимо, гораздо более опасны. Лежащая по середине истина заключается в том, что, хотя уровень опасности везде, в принципе, одинаковый, но здесь-то вы дома, и дома вас будут трогать меньше, чем там, где вы чужой. В толпе пешеходов местного от неместного отличить, конечно, не всегда просто, но если вы на машине, то тут все очевидно: ваш номер сразу скажет, где на вас можно наезжать, а где нельзя.

Значит, все-таки, опасно?

Ну, значит, все-таки, да. Также как довольно опасно плавать на байдарке по порогам, ходить по горам, ползать по пещерам. Все эти виды туризма требуют от вас повышенной бдительности и знания определенных (не сложных, вообще говоря) правил. Каждый раз, когда вы выходите за пределы обыденности, вы оказываетесь среди массы вещей, к которым вы, попросту, не можете быть полностью готовы. И поэтому вы более бдительны и сосредоточены. Вы берете с собой лоции и карты, соответствующим образом одеваетесь, не лезете в темноту без фонарика, не уходите на неделю в лес без аптечки. Все это – совершенно естественно, не правда ли?

Но так же естественно и то, что, сколько бы вы себя не защищали, все равно остается некоторая вероятность, что где-то что-то пойдет не так, и с вами что-то случится. Поэтому, отвечая на вопрос, опасно ли ехать далеко на машине, надо обязательно понимать, что речь идет об относительной опасности. Относительной по отношению к тому, чтобы остаться дома, относительной по отношению к другому виду путешествий, относительной по отношению к числу машин в вашей команде.

Когда мы с братом отправлялись в путь вдвоем, на одной машине, мы достаточно хорошо понимали, на что идем. Если вы полазаете по интернету, то сможете найти достаточно правил безопасного автопутешествия. Большинство этих правил вдвоем соблюсти невозможно. Поэтому, единственной альтернативой для нас было остаться дома.

Мы, все же, решили ехать, и на протяжении всего пути, особенно, чем дальше в Сибирь мы забирались, тем больше убеждались в том, что, как минимум, мы не одни такие.

За Тольятти мы видели отца с маленьким сыном, едущих куда-то в ночь на машине с немецкими номерами. За Уфой мы видели, как пожилая пара устраивалась на передышку или ночлег прямо у края дороги. За Красноярском мы видели семью, которая остановилась у обочины, чтобы организовать на заднем сидении спальное место для своего малыша и снова двинуться в путь.

О чем думали все эти люди? Почему они не боялись? Глупость? Или осознанный риск? У меня нет статистики преступлений на дорогах, но даже если бы она у меня была, как бы я стал принимать решение ехать или не ехать? Считать вероятность проблемы? Одна десятитысячная – ехать, одна тысячная – не ехать? Навряд ли. Здесь, все-таки, есть что-то еще. Например, просто, наше желание увидеть и испытать что-то новое. И вера в успех. Безосновательная, нелогичная, иррациональная вера, которая сделала нас, людей, такими, какие мы есть.

Я не удивлюсь, если узнаю, что Михаэль Шумахер, посмотрев со своего мягкого дивана по своему телевизору в полстены фильм про спелеологов, подумает: «До чего ненормальные люди! Лазают по каким-то пещерам, в грязи, дышат плесенью, гибнут под завалами!», – а потом сядет в машину, и поедет точно так же рисковать тем же самым: здоровьем и жизнью.

Но как там пел Высоцкий? «Так лучше, чем от водки и от простуд». Хотя, по сути дела, почему так­ лучше? Решайте уж сами. Главное – не забывайте, что не всему бывает рациональное объяснение, и что от всего все равно не убережешься.


Чаек за Омском


Раннее утро в болотах под Новосибирском

Нитка маршрута и проходимость дорог

Прямой и обратный пути у нас были немного разные. На Байкал мы ехали по следующему маршруту:

·         Санкт-Петербург

·         Великий Новгород

·         Тверь

·         Москва

·         Рязань

·         Пенза

·         Тольятти

·         Уфа

·         Челябинск

·         Курган

·         Омск

·         Новосибирск

·         Кемерово

·         Красноярск

·         Канск

·         Иркутск

На маршруте есть два неочевидных момента. Во-первых, переезд через Волгу по плотине Волжской ГЭС без формального разрешения запрещен. Об этом гласят предупредительные плакаты на объездной дороге вокруг Пензы. Эти же плакаты объясняют, как надо ехать другим маршрутом. Мы пропустили нужный поворот и поехали через Пензу, а не вокруг, поэтому плакатов не увидели. Собственно, мы что-то слышали о том, что через ГЭС проезд закрыт, но решили рискнуть. Не хочу подставлять тамошних гаишников, и поэтому не буду рассказывать, как именно нам удалось проехать через плотину, но скажу, что мы не единственные, кому это удалось. Главное, надо понимать, что ничего в этом мире не дается за просто так.

Вторая тонкость маршрута – это перегон от Кургана до Омска. Вообще говоря, дорога проходит через Казахстан, и, стало быть, через две таможни. Мы не имели ни малейшего представления о том, сколько времени может занять двукратное пересечение государственной границы, поэтому территорию России покидать не захотели. Вместо этого было решено пробираться по второстепенным дорогам на трассу Тюмень–Омск, а именно – к населенному пункту под названием Ишим. Двинувшись от Кургана на Петропавловск, мы через несколько километров покинули основную дорогу. Если мне не изменяет память, это произошло в районе поселка Варгаши (но вы лучше, если поедете, смотрите на указатели). Очень скоро мы обнаружили, что дорожку мы выбрали, что называется, проторенную, и что пользуются ей довольно активно. По указателям и карте до Ишима добраться нет никаких проблем, несмотря на обилие развилок и перекрестков. На момент нашего похода дорога там ремонтировалась – по сути, строилась заново, так что сейчас, вероятно, там вообще сказка. Вот только залейтесь в Кургане, а то намучаетесь потом искать заправку.

Самая хорошая дорога на маршруте (если не считать московских окрестностей) – от Омска до Новосибирска. У моей Нивы максимальная скорость 140 км/ч, и именно столько мы и ехали, практически постоянно.

Самая плохая дорога – это приблизительно трехсоткилометровый участок где-то на перегоне между Красноярском и Иркутском. Там попросту нет асфальта. Однако там тоже велись активные дорожные работы, так что теперь, возможно и там стало лучше.


Подъезжаем к Москве


Мордовские леса


Трасса Омск-Новосибирск


Последние километры до Байкала

Прежде, чем описывать дорожную обстановку собственно на Байкале, позволю себе нарушить порядок повествования и сразу же описать обратную дорогу.

Назад мы решили ехать через Екатеринбург и Пермь, а дальше – как получится. К нашему удивлению, стоило нам проехать Пермь, как мы обнаружили плакат со схемой дорог, на котором присутствовал Санкт-Петербург. Оказалось, что это достаточно новый маршрут – только строящийся, но уже действующий. Мы аккуратно переписали названия промежуточных населенных пунктов и повернули по указателю. Таким образом, нитка обратного маршрута получилась вот такая:

·         Иркутск

·         Канск

·         Красноярск

·         Кемерово

·         Новосибирск

·         Омск

·         Тюмень

·         Екатеринбург

·         Пермь

·         Нытва

·         Карагай

·         Киров

·         Шарья

·         Никольск

·         Вологда

·         Череповец

·         Тихвин

·         Санкт-Петербург

Очень плохая дорога от Екатеринбурга до Перми: асфальт с продавленными в нем колеями, глубокие выбоины, на перевале через Урал асфальт сплошь дырявый. Второй медленный участок – это около сотни километров перед Кировым, где дорога представляет собой пыльную грунтовку с остатками асфальта. На всех остальных участках качество дороги вполне приличное. На участке от Кирова до Вологды есть много возможностей заблудиться, поскольку указателей мало, и они невнятные.

Кстати, еще один комментарий по поводу Кирова. В его окрестностях протекает речка Вятка. По ее берегам – масса песчаных пляжей и каких-то комплексов курортного назначения. Так что, при наличии хорошей погоды можно сделать осмысленный привал и сделать длинную дорогу более приятной.


Маршрут до Байкала и обратно

Теперь, что касается самого Байкала.

Полукольцо дорог от Ольхона до Святого Носа находится в достаточно ухоженном состоянии. Можно ехать довольно быстро и не рисковать угодить колесом в какую-нибудь яму. Значительная часть дороги на Баргузин – широкая грунтовка. Практически такая же широкая и укатанная грунтовка ведет на Святой Нос. И даже на самом полуострове проходимость дороги не предъявляет никаких особых требований к машине.

Единственная сложность – это перемещение по острову Ольхон. До Хужира дорога вполне проходима, но далее начинается участок с рыхлым песком, на котором полный привод и высокий клиренс крайне полезны. На машинке попроще – лучше не соваться, если только этого не требует ваша спортивная программа.


Маршрут по Байкалу

Еще одна, вещь, которую следует упомянуть – это паромные переправы. Не то чтобы они имели какое-то отношение к проходимости дорог, однако они имеют прямое отношение ко времени, которое вы тратите на перегон.

Итак, при движении вокруг Байкала от Ольхона до Святого Носа приходится воспользоваться тремя переправами:

·         Между материком и островом Ольхон

·         Через Селенгу

·         Через Баргузин

Все эти переправы работают с утра до вечера (то есть, ночью они не работают). Среднее время между паромами – примерно час, иногда чуть меньше. Есть обеденный перерыв.

Ольхонская переправа бесплатная, но местные ей пользуются вне очереди, что иногда приводит к образованию альтернативной очереди. Через Селенгу переправиться можно в нескольких местах, однако стоимость везде разная, поскольку и назначение переправ разное: либо это катерок, возящий людей и легковушки, либо это понтон для лесовозов. В любом случае, стоимость очень гуманная, и вы не обеднеете.

Если вдруг Селенга застала вас ночью, то могу предположить, что перебраться через нее вы все-таки сможете – ценой лишней сотни километров до Улан-Уде, где, как я предполагаю, должен быть нормальный мост.


Паром на Ольхон

Про бензин

Удивительно, как сильно разнится по стране стоимость топлива. Порой настолько сильно, что, либо возникает вопрос, чем же они там таким дешевым его разбавляют, либо, наоборот, вопрос, чем же они тут, в Питере, таким дешевым его разбавляют.

Моя Шеви-Нива ездит на 95-м, и я до последнего старался заправляться именно им.

До Урала колебания стоимости бензина не дают значимых всплесков выше уровня Питера и Москвы, поэтому если вы готовы покупать 95-й в одной из столиц, то ваша жаба позволит вам его купить на всей европейской части нашей страны. Тут проблема другая: есть как минимум два района, где бензин стоит значительно дешевле. Первое удивление мы испытали на траверзе Твери, когда увидели ценник, процентов на пятнадцать ниже питерского. Возможно, это была моральная компенсация за то время, которое пришлось потратить, чтобы разбудить тетеньку, включающую пистолеты. Хотя, ее понять тоже можно – пять утра, все-таки.

Второе удивление нас постигло в Пензенской области. Там бензин был настолько дешевый… что мы просто не рискнули его покупать.

Но стоило перевалить через Урал, как все стало более привычно. Цены подскочили, и мы уже далеко не на каждой заправке могли найти 95-й за кажущуюся нам разумной цену. Очень скоро пришлось сделать ревизию бюджета и принять радикальное решение: перейти на 92-й, который стоил столько, сколько у нас стоит 95-й. Так мы всю азиатскую часть похода и провели на 92-м.

По поводу количества заправок на дороге у меня для вас хорошие новости. Это вам не звериные тропы Карелии. Заправок практически везде достаточно, чтобы можно было повыбирать фирму и ценник. Тем не менее, есть пара мест, о которых стоит упомянуть.

Во-первых, на маршруте от Кургана до Ишима, пролегающем целиком по второстепенным дорогам, заправок крайне мало. То есть, если не искать, то можно и не найти. Нам даже пришлось воспользоваться канистрой.

Во-вторых, на острове Ольхон заправок нет. Более того, заправка автомобилей там запрещена (в т.ч. из канистры). Так что, не забудьте залиться в Еланцах. Кстати, электричества на острове тоже нет.

В-третьих (что совершенно естественно), бензина нет на Святом Носу, но ездить там тоже особо негде, поэтому и бензин там, в общем-то, не нужен. Главное, залейте чуть-чуть в Усть-Баргузине, чтобы было, на чем вернуться на матерую часть материка.

График маршрута

То, как мы ехали, ни в коей мере не является примером для подражания. Более того, я настойчиво рекомендую не повторять наших подвигов. Даже если речь идет о спортивном туризме, надо очень хорошо понимать, какие именно аспекты в каждом конкретном походе являются спортивными элементами.

У нас были исходные условия, при которых правильнее было бы, вероятно, поход отменить. У нас было на все про все 14 дней, нас было всего двое, и у нас была одна машина. Однако еще одной входной величиной был тот факт, что в ближайшие пару лет никаких походов организовать не получится (потому что у меня через несколько месяцев должен был родиться ребенок; который успешно через несколько месяцев родился).

Так вот, весь график нашего пути был обусловлен вышеперечисленными факторами.

Мы отвели себе неделю на дорогу (в оба конца) и неделю на пребывание собственно на Байкале. Стало быть, нам предстояло проехать 6000 километров за три с половиной дня.

Как вы думаете, сколько можно проехать за одни сутки по российским магистралям? У нас была скромная надежда, что нам удастся проходить в день 1800 километров. Нынче я могу сказать, что российские магистрали это позволяют. Вот только позволят ли вам это ваши собственные силы?

Мы выехали из Питера в 9 часов вечера, и за первые астрономические сутки пути как раз проехали 1800. Поскольку был план ехать не останавливаясь, то мы благополучно проехали Уфу и только после этого поняли, что лучше хотя бы пару часов поспать. Таким образом, на момент первого ночлега было пройдено немногим больше двух тысяч.

Кстати, о ночлегах. Правильнее было бы ночевать в мотелях, или, по крайней мере, на охраняемых стоянках. Но поскольку мы экономили каждую минуту, то над поисками не заморачивались и заваливались спать, где попало. Старались только, чтобы рядом было достаточно народу, чтобы хоть кто-то увидел, когда нас начнут грабить и убивать. Так что, спали на постах ГАИ, на стоянках фур, около заправок. Трудно сказать, было ли это менее опасно, или более опасно, чем в совершенной глуши. В любом случае, подобные ночевки – это неразумный риск, и если есть возможность забить в график цивилизованный отдых, то лучше так и сделать. Мы не в Японии, где ночевка на обочине является чуть ли не само собой разумеющимся делом.

Да, я рассказывал о том, сколько мы проехали в первые сутки.

Трехчасовой сон за Уфой, казалось, придал сил, и ехаться стало легче. Но усталость не ушла полностью, и мы менялись каждые три часа. Чем ближе к вечеру, тем труднее становилось, и в итоге, следующая ночевка застала нас за Омском, когда мы проехали тысячу с небольшим. Тут, правда, сыграло свою роль и качество дорожного полотна, поскольку значительную часть пути составил перегон по второстепенным дорогам от Кургана до Ишима.

На всех последующих перегонах тоже были свои детали, которые внесли в график свои коррективы.

В общем итоге, 6000 километров до Байкала мы прошли за четыре с половиной дня (в смысле, суток). Если забыть про пятичасовой сдвиг времени, то чуть быстрее. Вот приблизительные места наших привалов (каждый – часа по три):

·         Уфа

·         Омск

·         Красноярск

·         Иркутск

Выехав из Питера 2 июля 2004 года в 21:10, мы увидели байкальскую воду 7 июля 2004 года в 5:50 по московскому времени, или в 10:50 по местному.

Перемещение по Байкалу было организовано в более гуманном режиме. Мы провели два дня и две ночи на Ольхоне, ночуя в нормальных туристических условиях. Затем отправились на Святой Нос, куда за один день добраться было невозможно из-за графика работы паромов (а их на пути было три). В итоге мы провели одну ночь на восточном берегу Байкала за Горячинском. Там дорога идет вдоль самого берега, и есть практически бесконечное количество места для кемпингования, чем активно пользуются местные жители. Два дня и две ночи были проведены на Святом Носу. Затем, еще один день ушел на обратный путь до Слюдянки, и безуспешных попыток по-быстрому познакомиться с КБЖД.

Путь домой начался 12 июля 2004 года в 14:00 по московскому времени, или в 19:00 по местному. Поскольку напрягаться не хотелось, то через несколько часов, когда наступила ночь, мы остановились отдохнуть. Так что, первый привал оказался достаточно близко от начала обратной дороги.

Вот приблизительные места всех наших ночевок на обратном пути:

·         Канск

·         Новосибирск

·         Перевал между Екатеринбургом и Пермью

·         Вологда

В Питер мы прибыли 16 июля 2004 года в 17:30. Время пути: чуть меньше, чем четверо суток.

Иномарки

Буду исключительно краток. За Уралом европейских (не российских) машин нет. И, я предполагаю, чинить их никто не умеет. И запчастей тоже нет. За все время поездки мы видели только одну машину западноевропейского производства. Это был Гольф, который ехал домой на галстуке.

Японок, напротив, пруд пруди. И чем дальше на восток, тем больше.

На счет Нексий и прочих странных симбиозов востока и запада судить не берусь. Но, как бы то ни было, они ни в коем случае не образуют значимую референтную группу.

Так что, либо японка, либо ВАЗ и ИЖе с ним.

Лезем в горы

Одна из вещей, которые делают Байкал Байкалом, – это горы. Нельзя сказать, что они тут особенно высокие. В самом озере уровень воды выше океанского на 500 метров. Соответственно, относительно Байкала высота окрестных гор практически не превышает полутора километров. Далеко не на каждой вершине даже есть снег.

У нас на знакомство с горами был один день. Мы выбрали своей целью одну из вершин Святого Носа.

С утра пораньше мы сели в машину, въехали с песчаной косы на основную часть полуострова и забурились на несколько десятков метров в лес (по какой-то старой, едва заметной и заросшей мелкими деревцами дорожке). В мелкой поросли деревьев машина оказалась спрятанной настолько хорошо (тем более что она у меня темно-зеленая), что на обратном пути мы бы и сами ее не нашли, если бы точно не знали, где искать.

Дальше двинулись пешком по обозначенной тропе. Если интересно, тропа начинается метров на сто левее (если стоять спиной к материку) того места, где дорога с косы входит на основную часть полуострова. Начало тропы обозначено скромным указателем, и рядом даже есть скамейка. Тропа ведет не на самую высокую вершину, а на соседнюю, с которой, видимо, по хребту можно перебраться на пик.

Подняться на полтора километра и спуститься назад за один день – занятие отнюдь не простое. С рюкзаком килограмм в двадцать пять – наверное, даже практически невозможное. Однако с нами был один маленький легкий рюкзачок на двоих, хорошая, но не жаркая погода и полное непонимание того, что нас ждет.


Наверх к вершине

На первом участке тропы таких «непонимающих» можно встретить относительно много. После часа пути мы нагнали семейку (папа-мама-дочка), которая уже демонстрировала сомнения по поводу своей затеи. Полагаю, что вскоре после того, как мы их обогнали, они повернули назад. Во всяком случае, мы их больше не видели. Мы, в общем-то, тоже достаточно быстро поняли: то, что называлось тропой, таковой можно было назвать только в самом начале подъема – там, где ее действительно есть, кому протаптывать. Дальше был обычный склон: где-то с землеподобным грунтом, где-то плотно-песчаный, где-то сыпуха. Тропа проявляла себя разве что в виде прорубленного кедрового стланика в местах, где он был особенно густ и глубок (он воспринимался именно глубоким, а не высоким).

Надо заметить, что по мере подъема тело устает по-разному. Это связано не только с крутизной склона, но и с тем, сквозь что приходиться пробираться. В первой части нашего пути мы еще шли среди достаточно высоких деревьев (сосен, по большей части). Как ни странно, самый крутой угол подъема приходится именно на лесистую часть склона. Большим плюсом этого факта является то, что тут еще не растет стланик, и земля достаточно ровная и плотная. Поэтому не приходится особо следить за тем, как вы ставите ногу. Зато, как я уже сказал, подъем крут, и порой хочется встать на четвереньки.

Выше по склону деревья отходят, и земля порастает низкорослым кедровником, который образует собой спутанное месиво довольно толстых веток, в которых можно не только запутаться ногами, но и попросту их переломать. Средний угол подъема здесь уже небольшой, иногда даже приходится спускаться вниз, но движение вперед дается с еще большим трудом. В том числе, надо следить за тем, чтобы, обходя какой-нибудь локальный максимум, не оступиться и не съехать с отрога вниз по сыпухе – катиться будете долго и больно.

Для неопытных людей из числа тех, кто носит короткую стрижку, я бы хотел сделать маленький комментарий по поводу головных уборов. На высоте воздух зачастую кажется совсем не жарким, даже холодным, но при этом солнце «работает» гораздо сильнее. Вы и не заметите, как ваш череп перегреется, и хорошо, если у ваших друзей хватит сил дотащиться вас обратно вниз. Я могу себе позволить иногда не надевать кепку лишь потому, что у меня густые волосы и, возможно, некоторая биологическая устойчивость к солнечным ударам. Но вы бы лучше не рисковали.


Локальный максимум

Итак, мы упорно лезли к вершине, чувствуя, что силы расходуются, а путь еще неблизкий. Вообще, в горах (как и в степях, да и в море тоже) наш глазомер работает очень плохо. Бинокулярный аппарат человека дает реальное чувство объема лишь на дистанции до двадцати пяти метров. Расстояние до более далеких предметов мы можем оценить лишь потому, что знаем, какой у этих предметов размер. Поскольку размера вершины мы не знаем, то и расстояния до нее оценить не можем. Хуже того, поскольку размер незнакомых больших вещей человек привык недооценивать, то они кажутся ближе, чем есть на самом деле. Таким образом, вам постоянно кажется, что до вершины осталось метров сто, а на самом деле вам переть еще целый километр. И еще хуже то, что на этом километре есть масса складок рельефа, которые вы сейчас не видите, но которые удлинят ваш маршрут раза в полтора-два.


Лезем все выше и выше

Мнимая близость вершины заставила нас забраться гораздо выше, чем было бы разумно (ведь надо было еще найти в себе силы спуститься вниз). Тем не менее, в какой-то момент разум возобладал, и мы решили, что дальше не пойдем. По моим, ставшим уже к тому времени объективными, подсчетам, мы прервали подъем, когда до вершины оставалось где-то метров 100 по вертикали, и метров 500 по горизонтали. Вероятно, это потребовало бы еще минут сорок ходьбы, но мы решили не рисковать.

Весь подъем у нас занял примерно три часа.


Высота – 1800

Когда вы за считанные часы одолеваете подъем, на который в обычном режиме обычного горного похода может уйти несколько дней, то у вас неизбежно остается меньше сил, чтобы полюбоваться тем, ради чего вы полезли в горы. Но даже в этом случае вы получаете нечто, совершенно недоступное там, внизу. Вроде бы, все то же самое, но воздух более прозрачный, небо более синее, камни более серые (не просто серые – контрастно-серые). И Байкал с высоты в полторы тысячи метров кажется гигантским зеркалом – невероятно, как такая масса воды может быть такой спокойной. Видимо, нам повезло с погодой.


Зеркало Баргузинского залива
(правда, не с самой высокой точки)

Отдохнув  и проникнувшись величием окрестного мира, мы начали обратный путь. Суть – спуск. Возможно, мы посидели бы там и подольше, но вдалеке замаячил дождь и, что хуже, гроза. Высоту тучи мы оценить не могли, поэтому совершенно не были уверены, пройдет ли она над нами, под нами, или прямо по нам. Последнего хотелось меньше всего. Поэтому мы решили успеть, хотя бы, добраться до деревьев, чтобы не изображать из себя громоотводы.

Туча прошла выше нас. Однако, исключительно точно спроецировалась на нас дождем. Правда, совсем слабым. И гроза тоже оказалась не из сильных. Мы практически не промокли.

Спуск занял времени столько же, сколько подъем. И сил отнял не меньше. Уставшие еще по пути наверх ноги едва слушались нас, и прихваченные утром в лесу посохи-палки уже служили не дополнительной точкой опоры, а основным инструментом равновесия. На крутых участках мы просто катились на пятках, потому что рефлекс ходьбы уже не включался.

Вообще, это известный, но совершенно неочевидный факт: спускаться сложнее, чем подниматься. Мышцы работают не просто по-другому – они работают в режиме, для которого они меньше всего приспособлены. Видимо, когда Господь лепил нас, он специально постарался, чтобы нам не захотелось опускаться. Хотя... я, конечно же, ни в коем случае не хотел обидеть спелеологов.

Так или иначе, с божьей помощью мы совершили то, что собирались совершить: побывали в байкальских горах. Если вам когда-нибудь захочется пройти тем же маршрутом, постарайтесь выделить на это пару дней и прихватите с собой палатку. Тогда у вас будет шанс получить удовольствие не только от видов вокруг, но и от самого процесса восхождения. Спешка – враг любого дела.

Про дрова и охрану природы

М-да, тема, действительно немаловажная. Когда едешь в лес, то вопрос с дровами решается очевидным образом. Когда лезешь в горы – тоже все очевидно. Байкал, как я уже отмечал, в разных местах разный. Здесь есть и леса, и степи, и горы.

И что могло бы показаться тоже очень важным, здесь есть заповедники. Однако, как ни странно, костров на Байкале никто жечь не запрещает. Мудро, в общем-то – все равно ведь будут жечь. Тем не менее, тут есть свои тонкости.

На Ольхоне, несмотря на формальное отсутствие запрета на разведение костров, запрещено, тем не менее, окапывать кострища. Не могу объяснить, в чем тут соль. Возможно, в силу очень тонкого слоя гумуса, окопанное кострище медленнее зарастает. Хотя, может это и глупое предположение. В любом случае, в степной зоне Ольхона дрова брать особо негде (хотя и можно сгонять за ними за пару километров в лесную часть).

С другой стороны, разбивать лагерь посреди степи – не очень-то удобно. Намного уютнее кемпинговаться в том месте, где лес подходит к северному берегу острова. Там сосны и песок, и можно насобирать сушняка для костра.

Так или иначе, по моему личному ощущению, если вы, находясь на Ольхоне, не сидите на месте, то удобнее всего иметь при себе газовую горелку. Это экономит массу времени на приготовление пищи, а костерок, чтобы посидеть и побазарить вокруг него, можно при желании все равно развести. Главное, что с горелкой вы не вынуждены его разводить каждый раз перед едой.

За пределами Ольхона ситуация попроще: лес (суть дрова) доступен практически везде. Однако, все равно, в большинстве мест этот лес какой-то не такой, не дровянистый. Либо это что-то мелколиственное (привал близ Горячинска), либо это пески с торчащими из них кедрами (коса Святого Носа), либо это мелкий кедровый стланик на скалах (горы Святого Носа). Вот только в прибрежной полосе Святого Носа, которая интересна, в основном, рыбакам, с дровами все в порядке.

Я подозреваю, что в местах, доступных только пешим и водоплавающим туристам, проблема с дровами решается столь же просто, как и в какой-нибудь Карелии. Ну, опять же, за исключением Ольхона и гор.

Решайте, короче, сами. Мы готовили на газе в течение всего похода. Одного пол-литрового баллончика хватало на два дня – в день по три ежки на двух человек. Невероятно удобно: захотели есть – тут же остановились и все сготовили. Чаек вскипятить – вообще минутное дело. Почему-то я раньше думал, что горелка нужна только там, где по-другому невозможно. Привык, наверное, что еда не дается на халяву. Надо сперва побегать вокруг лагеря с топором, потом полчаса колдовать над мокрым костром, и только тогда есть шанс, что вода в котелке закипит.

Все-таки для походов «высокой мобильности» газ часто оказывается лучше. Тем более, если не надо тащить его на собственной спине.

И природа страдает гораздо меньше.

Кстати, раз уж мы упомянули, наконец, страдания природы, позволю себе сообщить еще один факт, который к кострам прямого отношения не имеет, но все равно важен. Речь опять об Ольхоне. Как я уже отмечал, значительная часть этого острова представляет собой степь. Травка в этой степи чудом держится на невероятно тонком слое земли, который, будучи поврежденным, обнажает под собой песок. И эта рана будет потом зарастать чуть ли не несколько лет. Поэтому одно из правил пребывания на Ольхоне требует пользоваться существующими тропами и дорогами, и не прокладывать новых.

Действительно, стоит вам проехать на машине где-то мимо колеи, и за вами уже виден четкий след, по которому обязательно захочет проехать кто-то еще. И в мгновение ока в Тажеранской степи появляется новая песчаная дорога.

Так что, давайте путешествовать аккуратно.


Стоянка на Ольхоне


Ольхонские дороги


Стоянка на Святом Носу

Феномен блицпоходов

Наша жизнь устроена таким образом, что у нас никогда ни на какое дело не бывает времени столько, сколько реально для этого дела нужно. То есть, я имею в виду, что даже после того, как мы взвешиваем приоритеты и отказываемся от большей части своих планов, времени все равно оказывается недостаточно. Это, пожалуй, особенность наших дней и нашего общества – нечто, имеющее в своей основе глубокое желание наверстать то, что было нам недоступно в то светлое детско-юношеское время, когда мы могли бы себе позволить многое из того, что сейчас, увы, задавливается более насущными делами.

Мы все (я имею в виду те поколения, чьи сознание и образ жизни формировались в предперестроечную эпоху, и чей расцвет сил пришелся на эру постсоветского капитализма), так или иначе, были до какого-то момента сильно ограничены в средствах и способах путешествий. Машина была роскошью, заграница казалась метафорой загробного мира, перемещение по собственной стране самолетом казалось излишеством. И вот, многие из нас довольствовались дачей и походами по окрестностям своего места жительства. Наиболее ленивые заменяли походы чтением книжек про походы (сам помню, с каким упоением читал Федосеева). Наиболее прогрессивные тратили половину отпуска, чтобы в плацкартном вагоне добраться до заветного Урала, Алтая, Байкала и тому подобных мест.

Последнее, пожалуй, стало даже само по себе отдельной, особой формой похода, которая до сих пор практикуется у многих людей, которые, в общем-то (что греха таить!) могли бы поднапрячься и позволить себе самолет. Эта железнодорожная любовь, пожалуй, сродни любви автомобильной – ведь мы тоже могли бы долететь до Байкала на самолете, но нет, нам было важно добраться именно своим ходом. Но, так или иначе, это все, скорее, исключения, отдельные факультативные этапы, которые все большим числом путешественников могут быть опущены ради экономии времени.

И вот, обретя дополнительное количество степеней свободы, мы зачастую пытаемся воспользоваться ими для достижения еще большего количества более сложных целей, нежели те, что новая свобода, по идее, должна была бы нам позволить достичь. Забавно, мне приходит на ум аналогия с Пигмалионом Бернарда Шоу. Помните, как папаша Дулиттл просил пять фунтов, но отказывался взять десять? Потому что пять фунтов он мог с чистой совестью пропить, а имея десять, захотел бы их сэкономить. Вот и мы точно так же: были деньги на билет на электричку – мы ехали за город, теперь появились деньги на билет куда подальше – и мы уже хотим покорить весь мир. Причем, за один отпуск.

В свое время (в институтскую пору) я два месяца учился в Германии. Позволить себе куда-то выбраться я мог только по выходным. Так вот за эти несколько выходных я объездил около пятнадцати городов. В том числе Париж, Амстердам, Кельн. Разве можно какой-нибудь из них узнать более-менее хорошо за несколько часов? Но у меня на каждый из них было именно несколько часов, так что, выбирать не приходилось.

Другой пример, может быть, менее удачный: однажды, летая по личным делам в Швецию, я за один день совершил пять самолетных перелетов. Все потому, что очень хотел успеть улететь и вернуться в один день. Теоретически я мог бы расставить приоритеты иным образом и потратить на поездку два дня. Но моя система ценностей не позволила мне это сделать, поэтому я весь день прыгал как тропосферный кузнечик, пробуя на вкус кухню пяти авиакомпаний.

И, наконец, эта поездка на Байкал.

Если вы работаете в серьезной коммерческой компании, в которой каждый трудовой день стоит реальных живых денег, которые нужно реально зарабатывать, вам должна быть понятна острота проблемы отпусков. Кто-то из японцев сказал, что если фирма может прожить без человека один месяц, она может прожить вообще без него. Поэтому (что, кстати, учтено в нашем КЗОТе) больше, чем две недели за раз отгулять обычно не получается. Кроме того, если вам, все же, удалось так спланировать свое время, что вы можете себе позволить месячный отпуск, у вас не так уж много шансов, что это смогут сделать остальные ваши спутники. Поэтому, вам приходится укладывать свои наполеоновские планы в очень скромный график.

И тут наступает момент банальной истины. Вы должны принять бинарное решение: ехать на две недели, либо не ехать вообще. И вы понимаете, что «вообще» означает «вообще никогда», потому что через год, через два, через пять лет в лучшую сторону (в данном вопросе) ничего не изменится.

Так что, явление «галопом по Европам» становится неизбежной, естественной, привычной реальностью, в рамках которой нам приходится искать удовлетворение своих хобби.

Однако, так уж ли все плохо? Пожалуй, нет.

Во-первых, как я уже успел заметить, наша нынешняя свобода не запрещает нам заниматься теми же делами, которыми мы занимались когда-то давно, и если не рваться покорять «принципиально» новые вершины, а сконцентрироваться на «просто» новых, то сейчас это можно делать с гораздо большим удовольствием и удовлетворением.

Во-вторых, если что-то никак не получается сделать за один раз, то ведь будут еще и другие разы. Мы не успели покорить все байкальские «вершины», которые хотели покорить. Но мы, по крайней мере, увидели их поближе, и, кроме того, увидели еще много чего другого, нового, интересного. Когда-нибудь, может не в следующем году, может через десять лет, но мы вернемся туда. И мы уже будем лучше подготовлены, и будем лучше понимать, чего мы хотим на этот раз.

Ну, вот еще пример с Парижем. Ну и что, что Лувр невозможно обойти за один день. Ну, допустим, была бы у вас неделя. Вы что, всю неделю бродили бы по Лувру? А не лучше побродить денек сегодня, а денек через год? За такие два дня, уверяю вас, вы увидите больше, чем за семь дней подряд!

Наш лихорадочный темп жизни держит нас «в тонусе», что дает нам дополнительную энергию для наших увлечений. Приехав на Байкал, после четырех бессонных ночей, мы не отсыпались все следующие сутки. Представьте себе, без будильника мы встали следующим утром, когда еще не было девяти утра. И во все последующие дни мы вставали рано, не испытывая от этого никакого дискомфорта.

Это все к тому, что чем меньше у вас времени, тем рациональнее вы его используете. До разумного предела конечно. Так что, мне кажется, нам грех жаловаться.

Ну и напоследок, еще одна мысль. Вы не каждый год лазаете на Эверест. И если когда-нибудь, все же, решите туда полезть, то я уверен, что вам удастся найти время сделать это обстоятельно и не спеша. Планирование – великая вещь. Мы все – менеджеры собственной жизни. И как сказал кто-то умный, если хочешь, чтобы дело было сделано, поручи его занятому человеку.


… и мы вернулись с победой

Резюме путешествия

За 14 дней пройдено 15000 км.

Из проблем с автомобилем – только замена свечей на обратном пути.

Маршрут, которым двигались на обратном пути, – на сегодняшний день оптимальный способ добраться до Байкала на машине. Занимает четверо суток. И если поднапрячься, то можно управиться даже быстрее.

Средний по маршруту расход бензина для Шевроле-Нивы: 10 литров на 100 км.

Стоимость поездки: по сравнению с затратами на топливо все остальные статьи ничтожно малы. Скажем, 100 долларов на двоих. Бензина же потрачено примерно полторы тысячи литров.

Маршрут включал относительно длительное присутствие на острове Ольхон и полуострове Святой Нос. Имея дополнительные два-три дня, можно провести их в окрестностях Слюдянки и познакомиться с КБЖД и предгорьями хребта Хамар-Дабан.

В целях безопасности рекомендуется ехать в несколько машин, форсировать без остановки и в светлое время суток перевал через Урал и Свердловскую область. Тем не менее, есть достаточно большое количество путешественников, едущих одной машиной. Главное, не выглядеть так, что с вас есть, что взять.

Для упрощения кухонных задач удобно иметь при себе газовую горелку.

 

Вот, пожалуй, и все, о чем я хотел вам рассказать. Спасибо, что дочитали до конца.

 

Оригинал отчета находится на Персональном сайте Александра Глазунова

 

К СПИСКУ ОТЧЕТОВ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ